— в Минске, в 1968 — в Днепропетровске, в 1970 — в Орле.

Политических заключенных в спецпсихбольницах становилось все больше.

Но железный занавес постепенно ржавеет, превращается в железные жалюзи.

Из СССР начинает поступать информация на Запад, оттуда, в передачах радиостанций, она доходит до наших граждан.

Становится известно о новых случаях психиатрических репрессий.

Это крупицы по сравнению с десятками нам известных случаев и еще большим числом нам не известных.

Мы надеемся, что когда-нибудь эту главу допишет или перепишет заново человек, который будет иметь свободный доступ к архивам советских карательных органов и специальных психиатрических больниц.

Мы рассказали о том, что нам удалось выяснить о карательной медицине до начала 70-х годов.

ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ КАРАТЕЛЬНОЙ МЕДИЦИНЫ Прежде чем перейти к правовым вопросам, мы хотим напомнить читателю, что судьбу подследственного или подсудимого по политическому делу решает не суд, а органы власти (в частности, КГБ).

Недаром народная мудрость гласит: Суд независим и подчиняется только райкому*.

Судьи, народные заседатели, защитники, обвинители — пешки в политических процессах. Всё заранее предусмотрено и решено на соответствующем уровне.

Есть ли смысл рассматривать вопросы права в стране узаконенного беззакония?

Власти пытаются создать видимость законности политических преследований, стараются по мере возможности (не в ущерб своему делу) соблюдать процессуальные нормы.

От заступни-чества зарубежной общественности они отмахиваются лозунгом невмешательства во внутренние дела.

А если уж не удается отмахнуться, они твердят: таков наш закон, таковы наши обычаи!

Вот мы и решили в этой главе показать, каков их закон и каковы их обычаи.

Разумеется, мы не выступаем принципиально против института принудительного лечения граждан, совершивших противозаконные деяния.

Ни одно общество не может допустить свободы свершения правонарушений невменяемыми людьми, чтобы не поставить их над законами страны и тем самым ограничить свободу остальных граждан.

Однако методы принудительного лечения и некоторые моменты советского судебно-следственного производства вызывают наш решительный протест.

Основным документом международного права, на который мы далее намерены опираться, является Всеобщая декларация прав человека, провозглашенная в 1948 году.

Хотя Декларация провозглашена в качестве задачи, к выполнению которой должны стремиться все народы и все государства.

**, некоторые статьи уголовных кодексов РСФСР и других союзных республик настолько ей противоречат, что можно совершенно твердо говорить о нежелании правительства СССР придерживаться духа преамбулы Декларации, об отсутствии стремления к выполнению всех ее статей.

Ниже мы попытаемся разобрать ряд статей УК и УПК РСФСР, которые, на наш взгляд, противоречат принципам свободы и некоторым статьям Всеобщей декларации прав человека.

Инкриминирование в судах этих статей УК само по себе является противоправным, не говоря уже о следующих за ними мерах карательной медицины.

По каждой статье УК в качестве примера мы приводим некоторые известные нам случаи использования ее для целей карательной медицины.

Здесь и дальше Декларация цитируется по журналу Курьер ЮНЕСКО (русское издание), № 10 за 1958 год.

Достаточно часто в СПБ оказываются граждане, которым инкриминируется совершение преступлений, предусмотренных статьей 64 УК РСФСР* из раздела Особо опасные государственные преступления.

* Здесь и далее соответствующие статьи в УК других союзных республик не приводятся. а) Измена Родине, то есть деяние, умышленно совершенное гражданином СССР в ущерб государственной независимости, территориальной неприкосновенности или военной мощи СССР: переход на сторону врага, шпионаж, выдача государственной или военной тайны иностранному государству, бегство за границу или отказ возвратиться из-за границы в СССР, оказание иностранному государству помощи в проведении враждебной деятельности против СССР, а равно заговор с целью захвата власти — наказывается лишением свободы на срок от десяти до пятнадцати лет с конфискацией имущества и со ссылкой на срок от двух до пяти лет или без ссылки или смертной казнью с конфискацией имущества.

б) Не подлежит уголовной ответственности гражданин СССР, завербованный иностранной разведкой для проведения враждебной деятельности против СССР, если он во исполнение полученного преступного задания никаких действий не совершил и добровольно заявил органам власти о своей связи с иностранной разведкой.

Аналогичные деликты существуют и в уголовном праве современных демократических стран (в Великобритании, например, — закон о высшей измене, т.е.

сотрудничество с неприятелем, принятый еще в 1351 году).

Мы не будем разбирать правомерность существова-ния такого деликта в современном праве, но один раздел 64 статьи УК, а именно бегство за границу или отказ возвратиться из-за границы совершенно явно противоречит Всеобщей декларации прав человека, особенно в трактовке органов советской юстиции.

Статья 13, пункт 2 Декларации гласит: Каждый человек имеет право покидать любую страну, включая свою собственную, и возвращаться в свою страну.

Бегство за границу или отказ возвратиться из-за границы в СССР образуют измену Родине в том случае, если это действие (или бездействие) носит умышленный характер и совершено по политическим мотивам, в ущерб государственной независимости, неприкосновенности террито-рии или военной мощи СССР*.